Помощь проекту

Поделиться в соц сетях


Упругая экономика: свежие экономико-пандемические прогнозы


Упругая экономика: свежие экономико-пандемические прогнозыВ международных документах, посвященных экономическому кризису при пандемии все чаще встречается словосочетание «упругая («resilient) экономика». Международные институты предлагают работать над упругостью, чтобы легче переживать кризисы. «Устойчивое («sustainable») развитие», которое было главной целью, пока ушло на второй план. Что же предлагают сделать, чтобы достичь нужной упругости? И реально ли сработают эти меры?«Великая самоизоляция» (именно так начали называть меры против пандемии) оказалась разрушительнее «великой рецессии» 2008-2009 годов. Меры поддержки бизнеса и людей в разных странах смогли частично ослабить влияние коронакризиса, но все же общее состояние можно оценить скорее как растерянность – дискретные меры были очень разными и не всегда продуманными. Эксперты Международного валютного фонда, Всемирного банка, ЮНКТАД (Конференции ООН по торговле и развитию) предлагают разработать и использовать в таких случаях четкую структуру действий, которая создаст ту самую упругость.

Более широкая роль денежно-кредитной политики

Когда в развитых экономиках ключевая ставка около ноля, сокращать ее некуда. Но центральные банки могут применить неконвенциональные меры. В идеальных экономических условиях действует так называемая натуральная ключевая ставка, соответствующая стабильной инфляции и полной занятости. Ее вынуждены снижать по разным причинам: от структурного дефицита в совокупном спросе (стагнация спроса) до низкого роста производительности и влияния долга. В ответ на пандемию центральные банки развитых стран снизили ставки даже ниже нуля, и обычных средств не осталось.

Однако ЦБ могут использовать неконвенциональные меры более активно, такие как массовая скупка активов для поддержки спроса и денежно-кредитное стимулирование, но оно должно соответствовать строгим правилам, установленным заранее: что делается конкретно, если происходит конкретное проявление кризиса.

Применимо в России?

По мнению академика РАН Александра Некипелова, которое он высказал на недавнем Московском академическом экономическом форуме (МАЭФ), учитывая, что в России есть проблемы с инвестициями, необходим ответ со стороны денежно-кредитной политики. (То есть, сделать доступными деньги для вложений в реальный сектор экономики). При этом, по мнению ученого, у нас не исчерпаны возможности действий со стороны ЦБ, в отличие от центробанков развитых стран.

«Я считаю, что нужно резко снизить до 2-3% ключевую ставку; снизить до нуля процентную ставку по депозитам коммерческих банков в Центральном Банке, чтобы эти средства пошли в экономику. Нужно произвести выкуп Центральным Банком с той же целью своих облигаций у коммерческих банков.

Некипелов подчеркнул, что низкая процентная ставка приведет к увеличению денежного предложения. При этом, по его мнению, эти меры важно дополнить мерами по ограничению спекуляции, наподобие налога Тобина (налог против спекуляции валютами на бирже), причем такого, который внезапно можно поднять, чтобы сбить дестабилизирующее влияние со стороны бирж.

Автоматические финансовые стимулы

Исследования МВФ показывают, что меры денежно-кредитного стимулирования – временные целевые трансферы денег наиболее пострадавшим семьям, которые автоматически включаются, когда безработица превышает установленный нормативом уровень – может быть исключительно эффективной в борьбе не только с обнищанием, но и с сокращением спроса. Такие нормативные стимулы особенно важны, когда ключевые ставки центробанков нельзя снизить, а дискреционная госполитика отстает от событий (как у нас сейчас: решение принято, а до людей оно не доходит). Когда спрос внезапно падает, падение предложения и рост долгов оказываются гораздо ниже при применении таких автоматических стимулов. По данным МВФ, экономические спады при применении подобного стимулирования можно проходить так же эффективно, как если бы денежно-кредитная политика работала в полную силу.


Применимо в России?

По мнению Алексея Ведева, заведующего лабораторией финансовых исследований Института экономической политики имени Гайдара, падение доходов населения надо компенсировать из общественных фондов, и делать подсчет, исходя из номинального ВВП (номинальный ВВП – стоимость всех произведенных товаров и услуг в текущих ценах). Для этого нужно использовать в порядке приоритета Фонд национального благосостояния (ФНБ), денежную эмиссию, внешние займы.

«Второй момент – это потенциальный рост. До недавнего времени Банк России выступал против политики финансового стимулирования, а министерство финансов отстаивало макроэкономическую стабильность. Сейчас риторика принципиально изменилась. Министерство финансов уже не настаивает на профицитном бюджете, и это означает, что министерство финансов будет больше давать экономике, чем забирать. Рассматривается вопрос об увеличении внешнего и внутреннего долга, введены налоговые льготы. Считаю, что это крайне стимулирующая финансовая политика, которую надо сохранить на ближайшие годы, а не только по выходу из пандемии. Полагаю, что можно реальную нейтральную процентную ставку с 2-3% снизить даже до нуля. Очень важно, что в ближайшее время профицит ликвидности снизится и сойдет на нет, и банки будут рефинансироваться Банком России», – отметил Ведев, выступая на МАЭФ.

Не забывать о климатической повестке

Грэйниа Лонг, Уполномоченная по устойчивому развитию Белфаста, отметила на вебинаре Всемирного банка, что опасность климатических изменений сравнима с опасностью COVID-19, но просто двигается медленнее и на самом деле является более серьезной.

«Мы считаем, что прогресс в климатических усилиях будет во многом зависеть от политики избранной в ближайшие шесть месяцев, а на нее будет оказывать давление пандемия и ее последствия. Важно попытаться абстрагироваться и рассматривать климатические риски отдельно», – считает Лонг.

Применимо в России?

Как отметил на сессии МАЭФ академик РАН Борис Порфирьев, директор Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, у экологических последствий, которые связаны с нынешним кризисом, есть явная противоречивость: падение цен на нефть повысило конкурентное преимущество углеводородов – они поднялись по сравнению с альтернативными источниками, на которые сейчас пытаются сделать ставку в целом ряде стран.

«И здесь основным драйвером для нас должны стать вложения в энергоэффективность. Это основной потенциал не только снижения издержек и повышения эффективности и производительности, но и снижения вредных выбросов и выбросов парниковых газов. Это, конечно, является беспроигрышным, что называется win-win решением этих проблем», – считает Порфирьев.

Воспользоваться ситуацией, чтобы измениться

Международная юридическая и консультативная компания BakerMcKenzie опубликовала большой доклад с рекомендация …


Похожие записи: